
И тут мы вплотную подходим к более уязвимым сторонам либерально-демократической программы западников. В бочку меда, которую до сих пор представляло собой мое повествование, приходится добавить пресловутую ложку дегтя.
Выступая против осуществления на практике принципа механического равенства всех членов общества, либералы сводили понятие демократии к наличию формальных свобод и прав, которые, конечно же, абсолютно необходимы, но которые не были в состоянии гарантировать осуществление этих прав и свобод на практике и распространение их на все сословия и социальные группы. Ведь даже самая гуманная конституция и самые свободные выборы не исключают демагогических обещаний, подкупа избирателей и других видов социотехники, направленных на манипулирование общественным мнением и на обеспечение наибольшего числа голосов не самым способным, трудолюбивым или культурным, а самым в данный момент популярным кандидатам.
Либералы исходили и по сей день исходят из идеалистического и, по сути дела, утопического представления о том, что демократия в традиционном западном понимании (формальные свободы и равенство в правах без фактического равенства всех субъектов) представляет собой саморегулирующийся механизм, подобный свободному рынку, и что этот механизм лучше чего бы то ни было способен выявить правящую элиту, которая в самом деле будет выражать чаяния большинства членов общества, а не только определенных партий и групп интересов.
